Виталик Бутерин рассказал, как Ethereum превращается из публичного реестра в криптографическую сеть

Основатель Ethereum Виталик Бутерин (Vitalik Buterin) 23 сентября 2026 года выступил с онлайн-докладом на 12-м Глобальном блокчейн-саммите в рамках Шанхайской международной блокчейн-недели, организатором которой выступила Wanxiang Blockchain Labs. Доклад назывался «От блокчейна к блокчейну + криптография», а его полный транскрипт был опубликован 24 сентября.

По словам Бутерина, за последние 15 лет публичные блокчейны внешне почти не изменились, но их внутренняя логика трансформировалась кардинально. Ранние сети вроде Bitcoin строились на модели приватности без прямой привязки имён к транзакциям — этого было достаточно в 2009 году, но не сейчас. Развитие анализа данных и искусственного интеллекта сделало такую модель уязвимой, а пользователи параллельно начали требовать от блокчейнов большей производительности и функций, выходящих далеко за рамки простых платежей.

SNARKs и STARKs как главный технологический сдвиг

Ключевой переменой последнего десятилетия Бутерин назвал развитие доказательств с нулевым разглашением — SNARKs и их квантово-устойчивой версии STARKs. Эти инструменты позволяют одному участнику сети выполнить вычисление и сформировать доказательство, а остальным узлам — проверить его корректность без повторного исполнения и без раскрытия исходных данных. Раньше каждый узел был обязан заново прогонять все операции, что ограничивало и масштабируемость, и приватность сети. Сейчас планы перевода Ethereum на такую архитектуру перешли из долгосрочных дорожных карт в конкретные предложения по улучшению протокола (EIP).

В качестве примера Бутерин привёл EIP-8288 — предложение об агрегации подписей и доказательств в мемпуле. Авторами предложения, созданного 3 июня 2026 года и пока находящегося в статусе черновика, значатся сам Бутерин и Томас Кораже (Thomas Coratger). Документ вводит режим dependency frames в рамках EIP-8141: транзакции объявляют облегчённые зависимости — схему, хеш данных и хеш ключа верификации, — которые агрегируются вне цепочки в единое рекурсивное STARK-доказательство. Официальный текст можно найти на сайте EIP.

Ранее, 9 сентября, Бутерин уже описывал предложение в соцсети X, отметив, что оно способно войти в форк I-star (следующий за Hegota) и снизить стоимость квантово-безопасных приватных транзакций примерно с 10 млн газа до десятков тысяч.

Strawmap, FOCIL и роль самой цепи

В докладе также фигурирует Strawmap — черновая дорожная карта первого уровня Ethereum, подготовленная EF Protocol. Согласно ей, после двух ближайших форков практически все компоненты сети будут опираться на STARKs. Отдельно Бутерин упомянул FOCIL — предложение, которое планируется включить в форк H-Star и которое впервые реализует мультиучастниковое построение блоков: 16 создателей inclusion-list и один финальный билдер. Это должно усилить гарантии включения транзакций в блок.

По мысли Бутерина, отрасль входит в эру «программируемой криптографии». Если раньше код и криптография отвечали лишь на вопрос «кто может отправить что», то теперь они определяют «кто может видеть что». Сама архитектура блокчейна меняется: из единого реестра он превращается в разветвлённую криптографическую сеть, включающую первый и второй уровни, мемпул, офчейн-вычисления и мультиучастниковое построение блоков. Значительную часть вычислений пользователь выполняет локально, транзакция проходит через мемпул с разными уровнями приватности, агрегируется и участвует в построении блока — и лишь затем попадает в основную цепь. Роль самой цепи при этом минимизируется: она обрабатывает только необходимую бизнес-логику, а остальное выносится вовне.

FHE, iO и роль искусственного интеллекта

Среди перспективных направлений Бутерин выделил:

• полностью гомоморфное шифрование (FHE);
• обфускацию неразличимости (iO) — по его словам, жизнеспособные версии этой технологии могут появиться быстрее, чем ожидалось.

Отдельная роль в докладе отведена искусственному интеллекту, который, как считает Бутерин, ускоряет разработку, формальную верификацию и понимание сложных криптографических систем. Раньше доказательства с нулевым разглашением ограничивались относительно простыми приложениями — из-за риска ошибок в коде объёмом свыше нескольких сотен строк. С применением ИИ становятся возможны формальная верификация, работа с множественными спецификациями и автоматическое доказательство их эквивалентности. Для ZK-SNARKs дополнительные вычислительные затраты на обработку запросов ИИ и отдельные виды хеширования уже удалось сократить менее чем до 10-кратного превышения базовой инференса; для FHE этот показатель составляет около 250-кратного превышения, с тенденцией к быстрому снижению.

6 сентября Бутерин в отдельном посте в соцсети X оценил вероятность того, что SNARKs, FHE и iO достигнут накладных расходов менее 10x по совокупной стоимости энергии и амортизированных вычислений, в 60%, а вероятность накладных расходов порядка 1+ε — в 33%. Он допускает, что однозначные накладные расходы хотя бы для SNARKs могут быть достигнуты уже к концу десятилетия.

Что дальше

По словам Бутерина, все хардфорки Ethereum после H-Star, который ожидается примерно через год, будут включать продвинутые криптографические функции: повсеместное применение STARKs, соответствующие виртуальные машины, агрегацию доказательств, формальную верификацию и квантово-устойчивые алгоритмы подписи.

Таким образом, речь идёт о постепенном превращении Ethereum из классического блокчейна в многослойную криптографическую сеть, где значительная часть вычислений и логики приватности выносится за пределы основной цепи, а сама она играет роль минимального арбитра.

Мнение ИИ

Анализ показывает, что переход к «программируемой криптографии» несёт не только выигрыш в приватности, но и рост системной сложности. Официальная дорожная карта Ethereum Foundation признаёт, что квантовая устойчивость и упрощение архитектуры — две отдельные, порой конфликтующие цели. Ситуация демонстрирует знакомый компромисс индустрии безопасности: каждый новый слой абстракции — мемпул, офчейн-вычисления, мультиучастниковое построение блоков — расширяет поверхность атаки быстрее, чем формальная верификация успевает её закрыть.

Исторический паттерн напоминает переход банков к PKI-инфраструктуре в девяностых, растянувшийся на десятилетие из-за синхронной миграции миллионов пользователей. Базовую постквантовую инфраструктуру Ethereum планирует завершить примерно к 2029 году, оставляя узкое окно для безболезненного перехода. Открытым остаётся вопрос: успеет ли формальная верификация с помощью ИИ угнаться за темпом добавления новых криптографических примитивов, прежде чем один из них превратится в точку отказа?

Источник: cryptonews.net